Мы Вас помним!  Мы Вами гордимся!!

 Александр  Иванович  Лашкевич

ФОТОГРАФИИ

Боевые награды

 

Военных лет
Современное фото

1922 года рождения, кандидат филологических наук, доцент

Когда началась война, я был студентом Рогачевского учительского института и уже сдал два государственных экзамена, остался один, но госкомиссия на второй день войны прекратила свою работу. Из ребят призывного возраста был сформирован отряд самообороны, в задачу которого входила круглосуточная охрана здания института.

В один из последних дней июня 1941 г. несколько однокурсников отправились купаться на Днепр. Примерно через полчаса мы услышали нарастающий шум авиационных моторов. Быстро выскочили из воды, оделись. Спустя несколько минут отчетливо стали видны приближающиеся самолеты. Их было 10-12 и держали они курс на запад. Летели высоко, и опознавательных знаков нельзя было различить.

Скоро мы заметили, что последняя машина из летящей группы делает правый вираж и берет направление на наш бревенчатый сарай, возле которого мы раздевались и теперь находились на его южной стороне. Самолет с большой скоростью приближался к нам, увеличиваясь в своих размерах. На фюзеляже в кругу четко виден черный крест -немец! Летчик переводит самолет на бреющий полет, уже видна его голова в шлемофоне. Мы в прицеле летчика. Для нас это критический момент. Спасение наше на противоположной стороне сарая. Одно мгновение - и мы там! И в этот миг услышали длинную очередь из скорострельных пушек и оглушительный рев пронесшегося над головами самолета.

На сердце стало легче, никто не пострадал. Беззащитные парни перехитрили воздушного пилота, вооруженного мощным огнестрельным оружием. Но наша радость была преждевременной. Самолет разворачивается на 180° и ложится на курс для второй атаки. Мы быстро расположились по обеим сторонам сарая, но ближе к спасительной стене, чтобы в нужный момент быть за углом. И на этот раз мы оказались там раньше, чем прогремела пушечная очередь и пролетел с оглушительным шумом самолет. Третьей атаки не последовало. Нас радовал счастливый исход в этой неравной схватке с вооруженным воздушным противником. После этого эпизода я долго думал, почему этот пилот так настойчиво стремился нас расстрелять, хотя прекрасно видел, что мы гражданские, невооруженные. Это был настоящий фашист.

Через два дня я отправился на рынок за хлебом: многие продуктовые магазины уже не работали. Возле одного из крытых навесов увидел, что раздают хлеб без денег. В это время над рынком, на котором было море людей, на бреющем полете пронесся немецкий истребитель, не сделав ни одного выстрела, а мог бы. Значит, не все немцы такие человеконенавистники, как первый летчик.

С 25 июня 1941 г. бойцы нашего отряда самообороны начали дежурить при городском штабе гражданской обороны и находились в его непосредственном подчинении. 26 нюня штаб получил сообщение, что в 35 км от г. Рогачева, возле озера Святое, обнаружен немецкий десант. Штаб срочно формирует отряд из 20 человек: 10 милиционеров и 10 студентов, дежуривших в штабе, в числе которых был и я. Командир отряда - молодой лейтенант. Он объявляет нам приказ: обнаружить и ликвидировать немецкий десант. Получаем винтовки образца 1895-31 гг. и пакет с 20-ю патронами. На ликвидацию десанта отправляемся в старой полуторке. Командир с шофером в кабине, рядовые в кузове. Мы представляли хорошую мишень для немецкого десанта, так как никакими конкретными данными не располагали ни о точном местонахождении, ни о его вооружении, поэтому и мысли у нас были невеселые, и надежды на благополучное возвращение были нулевыми. Примерно через 1,5-2 часа подъехали к озеру, но ни одного выстрела не прозвучало в нашу сторону. Быстро выскочив из кузова машины, мы расположились так, чтобы полуторка в какой-то мере могла защитить нас от пуль десантников, и стали внимательно изучать местность и искать возможное нахождение немцев. Но ничего подозрительного не обнаружили и были очень довольны, что все так окончилось. Местные жители, с которыми вели разговор о немецком десанте, утверждали, что они впервые слышат об этом.

26 июня, но уже где-то после 23 часов, была сформирована группа из 5 человек во главе с тем же лейтенантом для ликвидации лазутчика, подававшего световые сигналы. Выехали за город и остановились в небольшом лесном массиве, заросшем редким невысоким сосняком. Все мы увидели действительно периодическое мигание света. С винтовкой наперевес пошел на огонек. Иду очень осторожно, чтобы не выдать себя. Лазутчик, подававший сигналы, видимо, хорошо замаскирован и уже адаптировался в ночной темноте, а я еле замечаю отдельные силуэты деревьев в редком сосняке. И вдруг передо мною встает темная стена с запыленным широким окном, за которым ритмично вспыхивают и гаснут огни. В считанные секунды я понял, что стою пе ред котельной, в которой кочегар время от времени бросает уголь и закрывает топку. "Лазутчиком" оказался кочегар!

В ночь на 1 июля 1941 г. по распоряжению городских властей 20 ребят и девушек и два преподавателя (Л.А.Царенков и В.Н.Седляров) оставили осиротевшие стены института и распрощались с родным городом. Перейдя мост через Днепр, взяли курс на восток. 4 июля к вечеру пришли в г.Кричев, миновав города Пропойск (Славгород), Чериков. На полпути к Кричеву мы испытали удары немецких бомбардировщиков. На шоссе происходило интенсивное движение наших воинских частей: с востока на запад и с запада на восток.

Немецкая авиация проявила исключительную активность при отсутствии наших истребителей. Военные первыми заметили вражеские бомбардировщики а несколько позже и мы увидели их. Мне не приходилось еще видеть падающие бомбы. Через минуту-две я заметил, как от самолетов отделяются небольшие темные брусочки и стремительно несутся к земле, быстро увеличиваясь в размерах. На высоте они казались нам беззвучными, но приближаясь к земле, бомбы издавали душераздирающий ной и свист. Я изо всех сил несся в сторону от поющих и падающих бомб, всем телом чувствуя, что они где-то близко от меня, что надо немедленно падать и прижаться к земле. И сразу же последовали мощные взрывы. Мне казалось, что я потерял сознание. Почувствовал себя живым, когда воцарилась тишина после бомбовых разрывов. Я тихонько протянул: "А-а-а, слышу, значит, не оглох!" Тела не чувствовал, будто его нет. Чуть пошевелил руками -.ощутил движение. Ту же операцию проделал и с ногами. После этого воспрянул духом. Освободился от комьев земли и веток, отряхнулся и начал разыскивать своих. К счастью, все оказались живыми и не ранеными. Это был последний аккорд моей поенной прифронтовой жизни в начальный период войны.

В Кричеве в вагон грузового поезда сели я, Н. Хазаи и Е. С. Василсвич. Во второй половине июля 1941 г. привезли нас на станцию ‘Мартыновка’ Асекеевского района Чкаловской области. Работал в колхозе "XVI партсьезд". С ноября 1941 г. по январь 1942 г. - учитель военного дела и физкультуры средней школы села Мартыновка. В первой половине января 1942 г. призван в армию. Во время войны не выбирают, где хочешь служить и воевать. Начал службу в 746-м стрелковом полку, а с июня 1942 г. по сентябрь 1943 г. - курсант 2-й Московской авиационной школы механиков спецслужб; с октября 1943 г. по март 1948 г. - авиамеханик спецслужб 32-го гвардейского ордена Ленина, ордена Кутузова Виленского истребительного авиационного полка. На фронтах Великой Отечественной войны - с июля 1943 г. по май 1945 г.

- Западный, Калининский, 3-й Белорусский, 2-й Прибалтийский, 1-й Белорусский фронты.

Ранним утром 23 июня 1944 г. оглушительная канонада нашей артиллерии возвестила о начале одной из крупнейших битв Великой Отечественной войны под кодовым названием "Багратион". В этом сражении и мне довелось участвовать в качестве авиационного механика 32-го гвардейского истребительного авиационного полка, входившего в состав 3-й гвардейской авиадивизии 1-го гвардейского авиационного корпуса РВГК, соединения которого действовали на Минском направлении 3-го Белорусского фронта. Летчики 32-го гвардейского авиационного полка надежно прикрывали наступающие соединения 11-й гвардейской и 31-й армий, не позволяли бомбить и штурмовать их позиции в районе автострады Орша-Минск, ежедневно совершая по 4-5 боевых вылетов. Это колоссальное физическое и нервное перенапряжение, потому его каждый вылет - это бой, это встреча со смертью. В полку были свои асы - Герои Советского Союза: гв. майор В. А. Луцкий — командир полка, его заместители гв. майоры А. С. Макаров, В. И. Гаранин; командиры эскадрилий гв. майор М. А. Тарам, гв. капитаны В. А. Савельев, В. А. Орехов, А. И. Марков.

Боевые действия 32-го гвардейского полка начались с полевого аэродрома Изубры, расположенного под Оршей. Успешный прорыв немецкой обороны войсками 3-го Белорусского фронта и их. стремительное наступление на Минском направлении позволило уже 27 нюня перебазироваться 32-му и 137-му гвардейским авиаполкам на отбитый у немцев аэродром Соколки, находящийся недалеко от Приямино. Под вечер этого же дня, когда боевые вылеты были уже закончены, немецкие истребители, зайдя со стороны солнца, нанесли штурмовой удар по лесной столовой и аэродрому. Во время штурмового удара немецких самолетов я с однополчанином Василием Зудиным уже покинули лесную столовую и вышли на дорогу, ведущую в деревню. Вдруг услышали шум несущихся на бреющем полете истребителей и их пронзительные огненные трассы из пушек, разрывы осколочных бомб. Резкий колющий смерч пронесся рядом с нами. Я ощутил, что мимо моего лица пронеслась какая-то горячая, колющая масса воздуха, и я упал в канаву, туда же свалился и В.Зудин. Когда же налет прекратился, мы поднялись, посмотрели друг на друга и сказали: "Живы - значит, не умрем." В.Зудин получил легкое ранение в пятку ног, я отделался легкой царапиной на шее. Среди находящихся в столовой были раненые и убитые.

28 июня 1944 г. при выполнении боевого задания погиб один из лучших летчиков нашего полка, командир эскадрильи, Герой Советско го Союза, гв. майор МЛ.Гарам. Четыре брата геройски сражались с немецко-фашистскими захватчиками с первого дня Великой Отечественной войны: Николай, Михаил и Виктор - летчики, а младший брат Павел -авиационный механик. Николай, Виктор и Павел погибли в первые два года войны в жестоких схватках с врагом. Михаил тяжело переживал гибель своих братьев, он поклялся отомстить немецко-фашистским захватчикам за их гибель, за слезы и страдания советских людей.

Летчик сдержал свою клятву. В одном из боевых вылетов М.Сарам вступил в смертельную схватку с девяткой "Ме-9" и оказался победителем, уничтожив три истребителя противника. Израсходован весь боезапас, но в это время в поле его зрения оказался "Юнкерс-88". Раненый, обессиленный, он пошел натаран - враг побежден. С большими трудностями самолет посадил удачно; пришел в сознание только в госпитале. Этот бой вошел в историю Военно-Воздушных Сил как пример доблести, мужества и героизма. За этот выдающийся подвиг Тарам был награжден орденом Ленина. В феврале 1943 г. ему было присвоено Звание Героя Советского Союза. К началу операции "Багратион" он уничтожил в воздушных боях 19 фашистских самолетов.

Инженерно-технический состав полка, не считаясь со временем и усталостью, в любую погоду быстро и надежно готовил самолеты к полетам. Грамотная и качественная подготовка техническим составом самолетов обеспечивала в воздушном бою безотказную работу двигателя, вооружения, радиоэлсктрооборудования и приборов.

Взаимоотношения между техническим и летным составом были основаны на полном доверии, уважении и любви. Отправляя самолеты на боевое задание, техники, механики желали своим командирам удачного полета, очень переживали, когда те вели воздушные бои и с нетерпением ждали их счастливого возвращения.

К исходу 3 июля 1944 г. Минск был освобожден от немецко-фашистских захватчиков. Жители столицы с радостью, с цветами, со счастливыми глазами встречали долгожданных освободителей. После освобождения Минска 3-я гвардейская Брянская авиадивизия, в составе которой находился и наш полк, перелетела с аэродрома Соколки на аэродром Степянка. И вечером 5 июля после 20 часов начался артиллерийский и минометный обстрел аэродрома и прилегающей к нему территории с северо-запада. Личный состав трех полков пашей дивизии проявил стойкость, храбрость и находчивость в сложившейся ситуации. Летчики не могли подняться в воздух из-за сильного обстрела и наступления ночи. К тому же аэродром не был приспособлен для проведения ночных полетов. Но все же удалось взлететь командиру дивизии-гвардии полковнику В.И.Сталину.

Для успешного отражения наступления немцев на аэродром поставили самолеты в горизонтальное положение и открыли огонь из пушек. На каждом самолете имелись по две скорострельные пушки, синхронно стреляющие через лопасти вращающегося винта самолета. Когда немцы предприняли первую атаку, заработали свыше ста авиационных моторов и начали стрелять более двухсот авиационных пушек по наступающему противнику. Эффект был ошеломляющим: наступление немцев захлебнулось, и они повернули вспять, оставив на поле боя своих раненых и убитых. В течение ночи немцы неоднократно пытались прорваться на аэродром, но меткий, плотный огонь пушек прерывал их атаки. За ночь было уничтожено более 250 вражеских солдат и офицеров и 120 взято в плен. А утром вовремя пришедшие нам на помощь артиллеристы и стрелковые подразделения завершили ликвидацию Минского "котла".

В ночь на 7 июля немцы совершили массированный воздушный налет на аэродром Степянка. По полю аэродрома прокатывались невысокие огненные валы, напоминающие морскую волну, скользящую вдоль берега. Мы ощущали их высокую температуру - состояние наше было тревожное и небезопасное. Если бы кто-то из нас угодил в эту волну, то после нее лишь обгоревшая трава напоминала бы, что здесь недавно был человек. Штурмовка, бомбежка и артобстрел прифронтовых аэродромов - это обязательный атрибут истребительных авиационных частей, находящихся ближе всего к переднему краю общевойсковых соединений. У нас всегда принимались необходимые меры безопасности личного состава, чтобы в случае налета авиации противника или артобстрела выходить с минимальными или нулевыми потерями.

За наступающими наземными частями фронта наша дивизия перелетела на аэродром Чеховцы - в 3-х километрах севернее г .Лиды. 16 июля 1944 г. был взят последний опорный пункт немцев в Белоруссии — г. Гродно, важный укрепленный район, прикрывающий подступы к границам Восточной Пруссии. На этом рубеже 1-й гвардейский истребительный авиакорпус завершил боевые действия в составе 1-й воздушной армии 3-го Белорусского фронта и был передан Ставкой Верховного Главнокомандующего в подчинение 3-й воздушной армии 1-го Прибалтийского фронта.

Среди авиационных соединений, отличившихся в боях за освобождение г.Минска, и активное участие их в разгроме фашистских армий в Белоруссии был назван и 1-й гвардейский истребительный авиационный корпус - резерв Верховного Главного Командования. Ему было присвоено почетное наименование Минский, 3-я гвардейская Брянская истребительная авиадивизия награждена орденом Красного Знамени.

Награжден орденом Отечественной войны II степени, медалями: "За боевые заслуги", "За взятие берлина", "За победу над Германией в Великой Отечественной войне", "Тысячелетие Польского государства", "Ветеран труда", а также девятью юбилейными медалями.

 
Переход в начало страницы
Copyright© 2004 Физфак, Вабищевич С.В., гр. 202